О`Санчес - Кромешник. Книга 2

Но и здесь была жизнь, с проблемами, радостями, бизнесом, преступностью и вечерним телевизором. Здесь все обо всех знали, и звезда Красного, Матео Бабилонца, раздувшегося от оказанной ему чести, воссияла выше некуда: «не врал, пижон столичный, с самим Лареем на вокзале обнимался, как с родным папой… Вон с тем, здоровым… Я, когда ещё на двадцать шестом спецу чалился, его часто видел…» Казалось, не только каждая домохозяйка, но даже их кошки с собаками, не говоря уже о «конторских», были в курсе, что у местного главаря, в столицах обученного, гостит самый главный урка страны, которому в Бабилоне полицейские генералы по утрам ботинки чистят… Гек пожил денёк, покрутил носом и свалил от таких приколов подальше. Сам Красный, искренне огорчённый столь кратким визитом, с двумя машинами охраны вёз его горбатыми дорогами (Гек наотрез отказался посещать вокзал во второй раз) до границ своих владений. Главное для себя Гек прояснил: можно инкогнито отсидеться на дальних холмах любое разумное время – только в городе появляться не стоит. А Красный стоит крепко и верен долгу старой дружбы.

Визиты к Луизе и Анне Малоунам стали происходить все реже и реже, после того как Гек ощутил некий холодок со стороны Анны. Это была уже взрослая, самостоятельная, в свои восемнадцать лет, с привлекательным лицом девушка, характерная и по-своему сильная. В последнее время (Гек по-хакерски выследил её секреты) она переживала по Интернету бурный виртуальный роман с каким-то юным англичанином, и Гек не однажды чувствовал её сдержанное нетерпение, с которым она ждала его ухода. С Луизой было потеплее, но и она нашла себе работу – для души, денег хватало – и одинокого друга, тоже дизайнера…

В качестве отдыха Гек избрал долгожданную поездку на Сицилию, по которой много лет ностальгически мечтал. Взял он с собой только Блондина (для всех – в качестве переводчика), оба путешествовали по фальшивым, но надёжным документам.

Но казалось, что отдых не освежил Ларея: вернулся он ещё более угрюмым и озабоченным. Блондина же, напротив, распирало изнутри, словно бы он узнал некую крутую новостищу. Фант по дружбе пытался его расколоть – Блондин только головой крутил; про шефа даже за глаза перестал отзываться иначе, как с подчёркнутым уважением, а ведь раньше, хотя и демонстрировал преданность на словах и на деле, любил его подкусить и передразнить в кругу своих.

Фант с энтузиазмом принимал участие во всех компьютерных затеях шефа. Тот, оказывается, хоронил в себе недюжинные таланты программиста и постановщика задач. И если в железе он разбирался на уровне простого грамотного юзера, то в написании программ, а главное – в идеях, по которым эти программы составлялись, шеф иной раз норовил обставить и обставлял самого Фанта. Правда, у шефа жены и детей нет и ему нет нужды совершать обезьяньи прыжки, чтобы поспеть там и тут, да ещё с этой сраной конспирацией. Но… за семью поспокойнее стало, нельзя не признать…

И конечно же, даже здесь у шефа не обошлось без причуд: он построил себе очень изрядный «пентель» и уволок в неизвестном направлении. Причём без сетевой карточки, без модема… Нет, модем все-таки вставил… Зачем, он мог бы себе истинно крутую тачку завести, настоящую рабочую станцию индивидуального пользования, на РИСК-процессорах и все что хочешь… Так нет: «У тебя – да, на всю катушку покрутимся, а сам – только на максимальном уровне домашнего компьютера». Это он, чтобы не развращаться программистской мыслью на запредельных мощностях, сам себе ограничение поставил. А для общих нужд – Ларей чуть ли не поклялся, что через год-два «Крей» достанет. И за ним не заржавеет… Но где он его тиснет, ведь подобную тележку в магазине не купишь?… Даже в Службе и в Обороне таких нет.

За последний год они с шефом вскрыли немало в сетях Министерства обороны и внутренних дел. Ракеты и пусковые установки – черт с ними, а до электронных архивов вот-вот будет рукой подать… Не без агентурной поддержки, естественно… это только в фильмах хакеры делают то, что в принципе сделать невозможно. Взятки и кража бумаг из домашних и служебных кабинетов – неотъемлемая составляющая при решении поставленных шефом задач. Вот до Службы добраться бы… Но тут тяжелее намного, слишком риск и сека велики, там весьма крутые спецы сидят, Фант заочно слышал о некоторых. Но «Крея» и они не нюхивали…

На дворе октябрь, а почки уже лопались на деревьях, опадали коричневыми чешуйками на землю, разомлевшую от преждевременного тепла. Но Дофферу не до тепла и зелени, его била нервная лихорадка: он только что прибыл со сверхсекретного совещания у Адмирала, где начальники штабов и командиры соединений всерьёз докладывали Адмиралу о степени готовности к выполнению задач, поставленных перед ними Родиной. А задача такая простая: вернуть исконные Фолкленды у прогнившей Британской монархии. Готовность у всех ублюдков – полная. Все всех боятся, либо в самом деле – безмозглые дебилы, не ведающие, что творят. Их потом можно будет рассовать навечно по камерам и простить, но Адмирала-батюшку… Дэнни заварил кофейку и позвал Муртеза…

После мертвецки спокойного разговора с Доффером Муртез вызвал к себе Бонса и отдал ему приказ, который они с Дэнни все эти годы готовили. Решено было Сабборга не предупреждать, в надежде, что тот сам почует фишку. Но в случае успеха можно будет и ему намёком довериться. Бонс поочерёдно отдал распоряжение двоим помощникам, которые друг друга не знали, разумеется, как и сути предстоящего дела, а сам упаковал ранец – на этот раз всерьёз, не ради тренировки, брезентовый чехол с «инструментом», побрился, состриг ненужные кудри (потом все это нужно будет восстановить на недельку с помощью заранее изготовленных парика и накладок) и отправился «на дело» – как он с фаталистской иронией называл предстоящее своё задание. Все, что можно, – было продумано, вплоть до гарантий, что Бонса не устранят после содеянного, но мир так полон случайностей и лжи… Оставалось уповать на бога, удачу, взаимные расписки и порядочность шефов. Господин Президент должен будет появиться на открытии школы через два дня на третий. Занять позицию следовало уже сегодня…

Гек уже третьи сутки сидел в своей подземной резиденции безвылазно, дебажил длиннющую программу, которую написал специально для вскрышки кода доступа к некоторым оборонным делам. Дело то ладилось, то тормозилось из-за нелепых иногда ошибок, вроде отсутствия фигурной скобки. Фант давно уже советовал переходить на «джаву», да Гек медлил, считал, что на «пласах» ещё не все усвоил. Но отладка явно шла к победному концу, и Геку не терпелось опробовать программу, а заодно и новомодный хвалёный процессор чуть ли не в полботинка размером. Отладку он проводил на стареньком двухсотом «пенте», а новичок ждал своей очереди на соседнем столе, специально для него купленном. Устал… Гек встал, поразмялся финтами и приседаниями с четверть часика и пошёл ставить чайник. Как всегда, он глянул на стену за чайником – теперь там было пусто… Однажды на витрине Гек увидел репродукцию картины Сандро Боттичелли, увидел и охнул от восхищения. Картина – ерундовая, но в центре её была изображена тётка с венком на голове и в длинном лёгком платье, усыпанном цветами… Это была вылитая Ора! А вот Ора себя не узнала и сочла, что Гек ей льстит… Но Гек придерживался иного мнения, разыскал и купил здоровенную репродукцию приемлемого качества. Потом Гек вырезал кусок, где была одна Ора, как он её называл, попросил Фанта увеличить, максимально сохранив качество цвета. Фант выполнил, и Гек уволок добычу к себе, приклеил на стену, установил две лампы по бокам – чем не икона? Гек, отдыхая, иногда смотрел на неё и засматривался: это была Ора и вместе с тем жизнь, юность, весна и любовь… Но кончилась любовь… Гек не выдержал печали, скатал её в рулон и отнёс, от соблазна подальше, на другую подземную точку, где он редко появлялся; уничтожить – рука не поднялась…

И вообще, о многом стоило поразмыслить… Такой фамилии, Артуа, не числилось ни в одном журналистском профсоюзе. Мелкие газетчики его не знали, а материалы его всегда занимали самые козырные места… В тех газетах, где он печатался. Единственное, что сумел нащупать Гек, сам и с помощью Фанта, что главные редакторы этих газет так или иначе, но обязательно имели в своей биографии контакты со Службой… А больше-то и искать ничего не требуется, найденного достаточно. И ещё: Гек недавно послал специально ребятишек на кладбище, где похоронили Бычка…, – тела там не было. За идентификацию найденного тела Гек отвалил пятьдесят тысяч ровно – не Бычок получился. Но это уже изыск; годом ранее Гек перебирал тинеровские архивы и как чувствовал – нашёл фото «папы» Бычкового: на той «ядерной» зоне он числился куратором от Службы, был подполковником и без зоба. Вот такой прокол обоюдный получился: и Гек прошлёпал, и они засветились.